«Творилось страшное»: почему сын Леонова сильно стеснялся своего отца

— Брат тащил в дом все, что мог достать, — вспоминал 92-летний Николай Леонов. — А игрушки Андрюше возил из-за границы чемоданами!

Но единственный сын сильно стеснялся Евгения Павловича.

— Даже не мог идти рядом по улице — отставал метров на 10, — не скрывает мужчина.

Почему?

— Да знаю я эту болезнь! Сын Леонова! — вздыхал Евгений Павлович.

«Вы такой талантливый, а сын — оболтус!»

В июне 1959 года любимец публики уехал в Ленинград и здорово переживал, ведь 23-летняя жена Ванечка (Ванда Владимировна Леонова, прим. ред.) была на сносях. А через полторы недели Евгению позвонили родители и сообщили, что родился мальчик.

— Сын! Андрюшка! — кричал 32-летний Леонов и… лез целоваться к... тиграм, к которым боялся даже приближаться.

— Мне было два годика, когда вышел «Полосатый рейс», — вспоминает Андрей. — Евгению Павловичу фильм принес бешеную популярность, а у меня отнял отца. Его же разрывали на части!

Актер часто и долго отсутствовал. Время семье уделял лишь урывками.

— Невозможно было пойти в магазин, на рынок или в парк, — продолжает Андрей. — Нас моментально обступали люди! И становилось ужасно неловко. Начинало казаться, что я — не я, а лишь приложение к великому Леонову. Я злился, хотел индивидуальности. Потому и семенил сзади, делая вид, что будто не с отцом.

Учиться Андрей не любил. И до шестого класса предпочитал играть под партой в машинки или солдатики. Получал двойки. Родителей вызывали в школу. Приходила Ванда. Но учителя хотели отца: мол, пусть повлияет!

— И приходилось папе редкие свободные часы тратить на визиты к педагогам, — грустит заслуженный артист России. — И как нервничал! Сутулился, краснел, бледнел, виновато вздыхал. А учителя ругали: «Вы такой талантливый, известный, а сын — оболтус! Ничего из этого балбеса не выйдет! Пусть после семи классов идет в шоферы!»

Мне, подглядывавшему из-за двери, было так плохо! Потом мы молча шли домой. Несколько дней отец со мной не разговаривал. И это было гораздо хуже маминых криков и подзатыльников.

«Сынок, прошу, только береги п******ку!»

Евгений Павлович был мягким человеком. Сына ругать не хотел и чувствовал себя виноватым. Даже письма стал писать, чтобы компенсировать недостаток внимания.

— Иногда грозил лесным интернатом. Дескать, будешь продолжать в том же духе, отдам туда! — улыбается 64-летний Андрей Евгеньевич. — Но папы лишь хватало, чтобы кинуть пару моих вещей в мешок и довести «балбеса» до первого этажа. Там отца охватывала жалость, он обнимал меня и вел обратно.

Андрей хоть и обижался, но понимал, как ему повезло с родителем.

— Всегда ощущал его защиту, — продолжает Леонов-младший. — Никогда не отказывал мне в помощи, ни в чем не упрекал и не пилил. Я осознавал, что наша семья — это благодаря папе. Этот мощный монолит с доброй энергией и ограждал нас от всех проблем.

Профессию парень выбрал, глядя на отца. Тот делился опытом, давал советы. А когда случались неудачи, поддерживал.

— С 13 лет снимаюсь, — хвастается сын легенды. — Первый фильм — «Гонщики», мы там с папой работали. И он научил меня водить машину. Хватило же терпения! Я такое вытворял — кошмар! Сколько аварийных ситуаций создал! Но отец не орал, не психовал, а спокойно разъяснял, что и как. Увы, в молодости не очень понимаешь, как родители тебя любят, не умеешь ценить тепло и заботу.

«Снова без мамы»: на экраны выйдет продолжение «Папиных дочек»

Читать нравоучения Леонов тоже не умел. Рассказывал истории из своей жизни, ставя их в пример.

— Редко когда мог выйти из себя, — признает Андрей. — Помню лишь один случай. Я тогда поступил в Щукинское училище и сразу стал курить, выпивать и развратничать. Однажды при отце задымил. Он посмотрел внимательно, а потом ка-а-ак... плюнул в меня! И больше ни слова! А так был деликатен.

Мне стукнуло 19, когда я впервые сказал: «Сегодня ночевать не приду!» Папа посмотрел на меня грустными глазами и выдал: «Сынок, прошу, только береги п*****ку!» (мочеиспускательный орган, прим. ред.) На этом мое сексуальное воспитание закончилось.

«Творилось страшное. Как я казнил себя!»

В 81-м году парень ушел в армию. Отцу запретил навещать.

— Бесполезно, — машет рукой Леонов-младший. — Через три недели папа приехал в Ковров под Владимиром. Офицеры потащили гостя на охоту. Ко мне тут же поменялось отношение. Я злился и стеснялся дико! И грозил: «Еще раз заявишься, останусь на сверхсрочную!» Папа согласно кивал, потом вздыхал: «Сынок, я ж волнуюсь». И спустя три недели приезжал снова с гостинцами.

Демобилизовавшись, Андрей женился на красавице из Чили, педиатре Алехандре Куэвас. Евгений Павлович купил молодым однушку. А в 87-м стал дедом — мальчика назвали в честь актера Женей. Но семейная жизнь Андрея не ладилась. Супруги ссорились.

— Папа попытался вмешаться. Я на него накричал. И отца хватил инфаркт в Германии! Почти месяц провел в коме, — говорит Андрей Леонов. — Со мной творилось что-то страшное. Как я казнил себя! «Папа умрет, и ты не скажешь ему, как любишь, и не попросишь прощения!»

Но немецкие врачи вытащили советскую звезду с того света и подарили еще пять с половиной лет жизни. Андрей признается, что по-настоящему сблизился с отцом лишь за несколько лет до его смерти.

— Дошло наконец, что дорогого человека может не стать в любой момент, — вздыхает мужчина. — Даже стал звать папой, а то раньше — только по имени.