Суровая реальность: почему Катерина из «Москва слезам не верит» не смогла выйти за Рудольфа
Девушке пришлось остаться со своей проблемой в одиночестве.
Поклонники фильма «Москва слезам не верит» не устают терзаться вопросом: как же так — решительная, умная, пробивная Катерина родила дочь от Рудольфа и даже не попыталась «прижать его к стенке»? Ни разговоров о женитьбе, ни намёков на алименты.
Гордость? Страх перед его влиятельной мамашей? Нет, всё куда прозаичнее — и гораздо жестче. Советское законодательство тех лет попросту оставляло таких женщин безоружными.
Закон против одиночек
Первая серия переносит нас в 1958 год. Тогда ещё действовал суровый Указ 1944 года: если ребёнок рождался вне брака, мать не имела права требовать установления отцовства или алиментов. Формально — отец будто бы не существовал.
Внебрачный ребёнок считался «ничейным», и государство не спешило менять это правило. Лишь в 1960-м Верховный Суд чуть приоткрыл дверь справедливости — но только для тех, кто мог доказать совместное проживание с биологическим отцом.
У Катерины таких доказательств не было и быть не могло: всего несколько встреч, улыбки — и Родион, вечно окружённый другими девушками.
Без права на защиту
Родион ни при каких обстоятельствах не признал бы ребёнка, а его мать наверняка сделала бы всё, чтобы «замять скандал». Суд без свидетелей и фактов был бы фарсом.
Общество, конечно, сочувствовало одиноким матерям, но не защищало их. Катя хранила молчание не из гордости — из трезвого понимания: закон не на её стороне, а смысла воевать с ветром нет. Она просто выбрала — растить дочь сама.
Закалённая судьбой
И, как ни парадоксально, именно эта беспомощность сделала Катерину сильнее. Без чьих-либо подачек, без поддержки она шла вперёд — сначала на завод, потом по карьерной лестнице, пока не стала тем самым примером советской женщины, которая добилась всего сама. И, может, зрители всё-таки правы: с мягкотелым Рудиком ей бы не удалось покорить Москву.