Три профессии на Руси, которых презирали больше, чем убийц и воров
Их объединяло не отсутствие таланта или лени — их объединяло общественное табу.
На Руси отношение к труду было сложным. Кузнеца уважали, плотника ценили, священника почитали. Но были три профессии, которых избегали, боялись и открыто презирали. Ими брезговали даже люди с самой сомнительной репутацией.
Первое место: скоморохи — народные насмешники
Это может показаться странным, ведь сегодня музыканты, актёры и юмористы — любимцы публики. На Руси всё было иначе. Скоморохи — бродячие артисты, музыканты, плясуны и острословы — пользовались популярностью у толпы, но вызывали презрение у церкви и уважаемых людей.
Их винили в оскорблении нравственности, в богохульстве и в том, что они «бесовские игрища» устраивают. Скоморохам запрещали хоронить по-человечески, их дети считались «погаными». Даже смерть скомороха не смывала позора: их хоронили за кладбищенской оградой, как самоубийц и некрещёных.
Почему такая жестокость? Потому что скоморох в средневековой Руси — это не шоумен, а разрушитель порядка. Он смеялся над тем, что свято. Он критиковал бояр и священников в то время, когда критика была опасна. Он нёс карнавальную свободу, а любая свобода в жёсткой иерархии — подозрительна.
Второе место: золотари — копатели нужников
Эта профессия забыта незаслуженно. Золотарь — человек, который вычищал выгребные ямы и отхожие места. Слово «золото» здесь — чёрная ирония. Работа была физически тяжёлой, смертельно опасной (из-за газов и инфекций) и абсолютно необходимой. Но при этом к золотарям относились хуже, чем к ворам. Их сторонились, не садились с ними за один стол, детей не крестили вместе с их детьми.
В отличие от палача (которого хоть и боялись, но понимали необходимость), золотарь вызывал чисто физиологическое отвращение. Он был «грязным» в прямом и переносном смысле. Его работа была видна, слышна и унюхана. И если палач вершил «государево дело», то золотарь делал дело, которого никто не замечал, пока оно не переставало делаться.
Третье место: палач — нужный, но проклятый
С палачом ситуация сложнее. Его боялись, презирали, но при этом понимали, что без него не обойтись. Палач был человеком вне сословий. Он имел право убивать по приказу — и именно это делало его изгоем. С ним не здоровались, не садились рядом в церкви, хоронили отдельно. Дети палача навсегда оставались «палачами» по происхождению — никто не давал за них дочерей и не брали в невесты их дочерей.
Платили палачам хорошо. Но цена была страшная: собственная душа в глазах общества и полное одиночество. Многие сходили с ума, спивались или кончали с собой. Интересно, что палача никто не называл «убийцей». Его называли просто — «мастер». Это слово звучало в его устах ледяным эвфемизмом.
Что их объединяло
У скомороха, золотаря и палача было одно общее качество: они работали на границе дозволенного, там, где заканчивается норма и начинается табу. Скоморох работал с грехом смеха. Золотарь — с физиологическим «низом». Палач — с насилием и смертью. Все трое были нужны, все трое были профессиональны — но все трое оказались за чертой человеческого общества.
Их презирали не за лень или глупость. Их презирали за то, что они делали то, что общество предпочитало не замечать. И карало тех, кто это замечал за других.
Справедливо ли это? Вряд ли. Но таков был русский средневековый кодекс чести. И это важнее любой морали.