«Дело гладиаторов»: как Аллу Ларионову «записали в гарем»

В феврале 1955 года в Москве разразился громкий секс-скандал — «дело гладиаторов». Замазаны в нем оказались высокопоставленные партийные идеологи, а одним из главных фигурантов был 46-летний министр культуры Георгий Александров. Он с друзьями — 65-летним драматургом Константином Кривошеиным и 49-летним заместителем директора Института мировой литературы профессором Сергеем Петровым — организовал… элитный бордель.

Куда обещаниями, шантажом и запугиванием заманивали старшеклассниц, юных балерин, певиц, актрис, студенток театральных вузов и литинститута. Услугами девушек пользовались коллеги, приятели и знакомые троицы, платя «хозяевам гарема» немалые суммы. Неожиданно в списке «куртизанок» оказалась и… Алла Ларионова, 24-летняя кинозвезда.

— Такая гадость! — восклицала народная артистка РСФСР. — Меня записали в этот гарем и опозорили на всю страну!

«Разврат, пьянка, совращение девушек!»

С Александровым красавица познакомилась за год до позорной истории.

— В Ленинграде пробовалась на роль Оливии в фильме Яна Фрида «Двенадцатая ночь», — рассказывала 69-летняя Алла Дмитриевна. — В это время только что назначенный министр культуры «объезжал свои владения» и оказался в нашем павильоне на «Ленфильме». Когда увидел меня, остолбенел и так с открытым ртом и простоял до конца кинопробы.

Потом нас познакомили, Георгий Федорович пригласил на банкет в гостинице «Астория». Я пришла, было очень много народу. Александров поцеловал мне руку, и на этом наши отношения закончились. Но слухи поползли. И какие! Говорили, что он держит в ящике стола мою фотографию, которой часто любуется.

И не только. Ее называли любовницей Александрова еще с 1952 года, когда она получила главную роль Любавы в «Садко». Мол, это будущий министр настоял! И с его же подачи Ларионова поехала с этим фильмом в Венецию! Болтали, дескать, чинуша от актрисы настолько без ума, что при свиданиях всегда купает ее в ванной, до верха наполненной шампанским!

Единственная услуга за деньги: сколько платила Любовь Орлова за пластику в СССР

Сначала молодая актриса хохотала: — Какая буйная фантазия у людей! Но через год вспыхнул скандал. В ЦК КПСС на имя первого секретаря партии Никиты Хрущева пришло возмущенное письмо матери одной из жертв «гарема». Женщина сообщила, что дочке удалось вырваться из «этого подпольного притона», и писала о творящемся там:

«Настоящий дом терпимости. Разврат, пьянка, совращение девушек!» Называла имена «хозяев» и три адреса: квартиру и дачу Кривошеина, а также санаторий «Узкое». Дама просила Никиту Сергеевича «содом» прекратить, ведь… «...особенно страшно то, что этот притон, оказывается, широко известен среди работников искусств и литераторов. Им пользуются многие! И, очевидно, как-то оплачивают труд и гостеприимство хозяев!»

Хрущев обалдел. И приказал органам «разобраться». Они быстро выяснили, что все описанное — правда. И грянули разборки! Досталось и «хозяевам», и «клиентам» — все полетели с хлебных должностей. Кривошеин оказался на нарах. Никита Хрущев, лично устраивая разнос «блудливым сволочам», бросил одному — члену-корреспонденту АН СССР, 60-летнему профессору Александру Еголину:

— Ну Александров-то мужик молодой, я еще понимаю. А ты-то в твои годы зачем туда полез?

На что Еголин скромно потупил глаза:

— Так я ничего. Я только гладил...

— Гладиаторы ЦЕНЗУРА*! — заорал 60-летний Никита Сергеевич.

Так и окрестили эту историю «делом гладиаторов». О секс-скандале, стоившем министру Александрову поста, даже написала «Правда». И памятуя сплетни о романе Георгия Федоровича с Аллой Ларионовой, занесла и ее имя в список «куртизаночек». Это был страшный позор! Бедняжка не знала, куда деваться от осуждающих и насмешливых взглядов. Некоторые не стеснялись ухмыляться в лицо:

— Тяжело теперь без покровителя? И сколько стоили твои услуги? Дорого, небось?!

Распускали грязные слухи, что любимым занятием Александрова в постели было «слизывание крема с обнаженной груди Ларионовой». И доказывать, что все это ложь и бред, было бесполезно. В ответ понимающе кивали, мол, «да ладно тебе, чего уж там, ведь об этом в самой «Правде» написали!»

После выхода газеты во все киностудии страны была спущена директива: «Ларионову не снимать!» Александра Птушко, утвердившего Аллу на роль Василисы в сказке «Илья Муромец», заставили взять 29-летнюю Нинель Мышкову. В Театре-студии киноактера, где звезда служила, ее стали отстранять от всего.

«Я не могу больше так жить! Разберитесь»

От стыда и безысходности девушка рыдала по ночам. Травля продолжалась почти год. И наконец терпение красавицы лопнуло. Алла Ларионова написала возмущенное письмо новому министру культуры, 49-летнему Николаю Михайлову:

«Обращаюсь к Вам как советская актриса и как комсомолка. Вокруг моего имени происходит что-то необъяснимое. Я не могу больше так жить! Только Вы можете мне помочь. Разберитесь. Если я виновата, накажите, если нет, освободите меня от того непонятного бремени, в котором я нахожусь!»

Крик души молодой звезды произвел на Николая Александровича сильное впечатление. Он позвонил актрисе лично:

— Не переживайте ни о своем честном имени, ни о карьере. Все в порядке. Справедливость восстановлена. И готовьтесь к поездке во Францию. Вы включены в делегацию.

Так честь и карьера любимицы публики были восстановлены.

* Цензура Вырезано редакцией в соответствии с «Законом о СМИ», так как содержит нецензурное выражение.