Петр Вельяминов. За что его в 16 лет упекли… в сталинские лагеря?

Его амплуа в кино — идейные советские граждане: от председателя колхоза в фильме «Тени исчезают в полдень» до капитана корабля в боевике «Пираты XX века». Были среди ролей даже сотрудники КГБ. — Ну, не находилось во всей стране других «убежденных коммунистов», кроме беспартийного дворянина, да еще бывшего политзаключенного! — усмехался народный артист РСФСР. Причем за решетку Петр Вельяминов угодил подростком. За что его в 16 лет упекли... в сталинские лагеря?

Актер был уверен: за породу! — В моих личных делах в графе «происхождение» везде стояло: «Из бояр», — вспоминал Петр Сергеевич. — Дома никогда не скрывали, что у нас — такие корни. Я с малых лет знал, что род Вельяминовых — знатный, военный, ведущий начало от племянника норвежского короля Хокона II Могучего. Конунг в 1027 году с дружиной в 3000 воинов пришел служить Ярославу Мудрому. Вельяминовы были приближены к государям, всегда служили Вере и Отечеству. А на Земском соборе в 1613 году мои предки претендовали на престол наряду с Романовыми. У нас в роду — много славных имен. Некоторые увековечены в Георгиевском зале Кремля. А в Эрмитаже, в галерее героев Отечественной войны 1812 года, висит портрет моего двоюродного деда, адъютанта Александра I, генерала от инфантерии Ивана Вельяминова. Отец будущей знаменитости Сергей Петрович окончил Павловское военное училище и служил сначала в лейб-гвардии Кексгольм-ского полка, а затем в Первую мировую воевал в Грузинском полку в чине штабс-капитана. Революцию 19-летний офицер встретил с радостью. И пошел служить в Красную армию. Гражданскую войну бывший аристократ закончил в звании командира Первого батальона элитной Пролетарской дивизии. Все это время дома, в Москве, Сергея ждала жена Таня Дивнова, из польского дворянского рода Фурса-Жаркевичей. Поженились они еще до революции по большой любви. Но лишь когда Вельяминов вернулся с фронта, у пары началась семейная жизнь. В 1923-м родилась дочка Ирина, через три года — сын Петя. Мальчику было четыре годика, когда его папу как «белого элемента» забрал «черный воронок». Мужчину отправили строить Беломорканал. — Отца освободили в 1936-м,— вспоминал любимец публики. — Лишили всех военных званий. Но это не страшно. Главное — вернулся. Когда началась война, ушел добровольцем на фронт. А 31 марта 1943 года на улице арестовали 16-летнего Петю. — Якобы я слушал у подруги по лестничной клетке Марины по не сданному кем-то из ее родных радиоприемнику иностранное радио, — вздыхал актер. — После полугода на Лубянке мне вынесли приговор: 10 лет лагерей без права переписки «за участие в антисоветской организации «Возрождение России». На самом деле, такой даже не существовало. Следователи говорили: «Яблоко от яблони... Враждебный ты просто элемент, Вельяминов! Из дворянской сволочи! Вот и получи!» Поняв, что домой не вернусь, я впервые заплакал. Его отправили сначала в пересыльный лагерь под Котласом Архангельской области. Потом — на Урал. Там подросток попытался покончить с собой. — Узнал, что «взяли» родителей, — объяснял актер. — В канун нового 1944 года с фронта приехал на побывку отец, хотел встретить праздник с семьей. А застал плачущих сестру мою и бабушку и перевернутую после обыска квартиру. Оказалось, днем раньше арестовали мать. А через три дня пришли и за отцом... Я тогда был измучен. От тяжелой работы и недоедания весил всего 47 кило, у меня были дистрофия и пеллагра (недостаток витамина РР и белков. — Прим. ред.). А страшное известие сломало совсем. Случился срыв. Я побежал в запретную зону. Бросался на проволоку, в меня стреляли, потом вскрыл себе вены... Но везде, даже в самых страшных местах, есть хорошие люди. Мне на них всегда везло! В общем, меня спасли. И даже скрыли попытку самоубийства, иначе по закону мне бы добавили второй, большой срок. А выйдя из лазарета, Вельяминов стал рваться на войну. Каждую неделю писал Сталину с просьбой отправить в штрафбат. Но бесполезно. — Я не держал зла на советскую власть. И уж тем более — на Родину, которую всегда любил, — говорил Петр Вельяминов. — Мне было горько, что я не защищаю ее от фашистов. Еще до ареста просился на флот, но меня по возрасту не взяли. Зато для лагерей возраст подошел... Однако именно за решеткой и начался путь «в артисты». Однажды парня, прекрасно декламировавшего Пушкина, заметил руководитель лагерной концертной бригады, доцент Львовского университета Виктор Пржездецкий и позвал в труппу. — Там было много прекрасных людей из творческой элиты страны, — вспоминал артист. — Они мне преподали «театральные университеты». Другого образования нет. И освободившись в апреле 1952 года, несколько раньше срока, я смог устроиться в Абаканский театр. Через год вышли на свободу мои родители и в середине 56-го были реабилитированы. Я же добился этого только в 1985 году, когда уже был заслуженным артистом РСФСР...