Два миллиона в месяц и шесть квартир: почему Васильева содержит детей и внуков
Из-за этого актриса разругалась с коллегой и другом Стасом Садальским.
Каждая мать хочет для своих детей только самого лучшего. И тратит на это все силы и средства. Но однажды птенцы покинут родное гнездо. И сами станут опорой стареньким родителям. Татьяне Васильевой 76 лет. Но она все еще заботится об отпрысках. Хотя сыну Филиппу 44 года, а дочке Елизавете 36!
— Зарабатываю 2 миллиона рублей в месяц, — говорит Татьяна Васильева. — Купила шесть квартир, содержу детей и внуков.
Народной артистке России пора на отдых!
— Не могу, — вздыхает старушка. — Надо работать — семья большая.
И пашет не покладая рук.
— Готова во всем участвовать! На потеху публике могу даже парик снять. Делаю это иногда на съемках или спектаклях, — признается звезда. — На себя трачу 344 000 в месяц: еда, вещи, косметолог, спортивный клуб и оплата услуг ЖКХ. Сыну и дочке даю по 100 000. Остальное откладываю.
Копит на... седьмую квартиру.
— Внукам от сына — 15-летнему Ване и 13-летнему Грише — уже купила по однокомнатной, — перечисляет Васильева. — Мирра, шестилетняя дочь Филиппа, когда вырастет, будет жить в моей двухкомнатной. У сына трехкомнатная. У Лизы двухкомнатная и трехкомнатная.
Отдала ей еще и ту, что мне досталась бесплатно от правительства Москвы. Внуку от дочери 12-летнему Адаму тоже купила однокомнатную. Седьмая нужна для финансовой стабильности, чтобы сдавать и получать доход.
«Он назвал моих детей и внуков нахлебниками»
— Мне запрещено помогать своим детям? Конечно, нет, — рассуждает Васильева. — Они просто не зарабатывают столько, сколько я. У них нет такой работы.
Действительно, зачем пахать, если за тебя это делает другой? Вот семья и села на шею старенькой звезды. Из-за этого актриса разругалась с коллегой и другом Стасом Садальским.
— Он назвал моих детей и внуков нахлебниками. Мне это не понравилось, — морщится Татьяна Григорьевна.
Но 71-летний народный артист Грузии и заслуженный РСФСР прав.
— Я это понимаю и очень переживаю, — признается Васильева. — Но еще больше душа болит за другое. Рано или поздно я умру. Надеюсь, дети и внуки тогда что-нибудь придумают. Может, наконец найдут высокооплачиваемую работу. Я хотела перестать давать им деньги. Но не могу! Сердце кровью обливается! Надеюсь, успею оставить семье финансовую подушку. Буду работать. Силы пока есть.
Ирина Майнина