КГБ против черной оспы: ЧП союзного масштаба
Не однажды человечество стояло на грани массового вымирания от таких страшных болезней, как холера, черная оспа, лихорадка Эбола и прочих эпидемий. Люди смогли не допустить их победного шествия.
![](https://www.taini-zvezd.ru/wp-content/uploads/2024/07/mycollages-49.jpg)
Но случай 1959 года, когда в СССР в кратчайшие сроки справились с распространением черной оспы, до сих пор остается беспрецедентным.
Роковая поездка
Об оспе в СССР не слышали с 1936 года, когда власти официально объявили о том, что с этой древней и страшной болезнью покончено навсегда. Да и во всем мире с ней к тому моменту смогли справиться, разве что в Азии и Африке она по-прежнему убивала людей. Чтобы не произошло заражения и распространения инфекции, каждый советский гражданин, выезжающий в эти части света, должен был пройти вакцинацию против оспы.
В 1959 году советский художник, мастер плаката, дважды лауреат Сталинской премии 53-летний Алексей Кокорекин собирался посетить Африку и в связи с этим сделал прививку. Правда, есть предположение, что вакцинация не была проведена, тогда как отметка проставлена. По какой-то причине поездку отменили, а спустя несколько месяцев Кокорекин отправился с делегацией советских художников в Индию — страну, где черная оспа была как у себя дома.
Поскольку Кокорекин был не только художником, но и человеком любознательным, он старался посетить побольше интересных мест, в числе которых был и город мертвых Варанаси. Там он присутствовал на ритуальном сожжении брамина. Делая зарисовки, он подходил очень близко к телу. В Индии было принято продавать вещи покойного, и художник после похорон купил ковер, принадлежавший брамину. О причине смерти индийца никто не говорил, а спрашивать было бестактно. Как позже предположили, брамин, скорее всего, умер от оспы.
В 20-х числах декабря Кокорекин вернулся в Москву с подарками, на день раньше, чем его ждали. У него была любовница, к которой он и поехал сразу из аэропорта. Проведя у подруги ночь, он, дождавшись очередного рейса из Дели, отправился домой. За несколько дней до Нового года он успел одарить всех друзей и близких индийскими сувенирами.
Гром среди ясного неба
А вскоре слег с высокой температурой. В поликлинике, куда он обратился, поставили диагноз «грипп» и стали лечить, но безрезультатно. Так через два дня художник оказался в больнице. Врачи полагали, что сыпь, появившаяся на теле пациента, — аллергия на препараты. Несмотря на усилия врачей, 29 декабря 1959 года Кокорекин умер. Смерть такого известного человека требовала тщательного медицинского расследования, ведь лечащие врачи не могли точно назвать ее причину.
Существуют свидетельства того, как медики сумели докопаться до истины. Хирург Юрий Шапиро писал, что при вскрытии тела художника патологоанатом Николай Краевский был очень озадачен результатами. В то время в Москве находился его ленинградский 75-летний коллега. Когда он увидел пораженные ткани, безапелляционно заявил, что это однозначно черная оспа. Сообщение повергло в шок не только патологоанатома, но и все руководство больницы, в которой умер пациент. Дело в том, что к тому моменту оспа уже слишком давно стала прошлым, и многие врачи просто не умели ее распознавать.
Тем не менее все медики хорошо представляли, что будет, если в СССР начнется эпидемия этой болезни, способной уничтожить до 90% населения. Ведь она передается от человека к чело- веку очень быстро, а лекарств как таковых от этой болезни нет.
Быстрая реакция
Как выяснилось позже, оспу подхватили несколько пациентов и сотрудников больницы. У них наблюдались лихорадка, кашель и характерные высыпания на коже. Уже на второй день после смерти художника вирус оспы обнаружили у женщины из персонала приемного отделения, которая принимала его в стационар. Коварный вирус пробрался по вентиляции на нижний этаж больницы и там тоже сделал свое черное дело: заразился подросток, чья кровать стояла под вентиляционным отверстием.
Кокорекин, несомненно, после приезда общался с огромным количеством людей. Он передавал им подарки и просто делился впечатлениями от поездки. Кроме того, в самом начале, при подозрении на грипп, его положили в палату к гриппозным. Заболели родные и близкие туриста. Жена и любовница Кокорекина, не сговариваясь, сдали привезенные им подарки в комиссионный магазин, что тоже увеличило число потенциальных жертв оспы. Истопнику, работавшему в больнице, достаточно было пройти мимо палаты Кокорекина, чтобы заразиться.
Специалисты НИИ вакцин и сывороток на основании образца, взятого с кожи больного, подтвердили, что это оспа. Необходимо было срочно принимать меры.
15 января страшную болезнь диагностировали у 19 человек. Со дня на день в Москве мог начаться самый настоящий мор.
Больница закрылась на карантин. Никто не должен был покидать ее территорию: ни несколько тысяч больных, ни 5 тысяч персонала.
Для предотвращения эпидемии привлекли все возможные силы: КГБ, МВД, армию, Минздрав и др. Были выявлены все контакты больного с момента его посадки в самолет в Дели и до последнего дня жизни, не только близкие художнику люди, но и те, с кем он просто пересекался: таможенники, таксист, участковый врач и все его пациенты, персонал поликлиники, пассажиры самолета, в котором он возвращался из Дели, сокурсники его дочери и т. д.
Выяснилось, что один из его друзей находился в самолете на пути в Париж. Самолет в воздухе развернули, и всех пассажиров отправили на карантин. Знакомую Кокорекина забрали в больницу прямо из вуза, где она в тот момент принимала экзамены. И вместе с ней порядка 100 человек тоже попали на карантин. На другой день были установлены и отправлены на карантин все продавцы, покупатели и посетители комиссионок. Сувениры же, привезенные художником, сожгли. Столица закрылась, были перекрыты все пути в нее — как наземные, так и воздушные.
Всего по «делу» проходило 9 342 контакта, из них только 1 500 были первичными, их-то и поместили на карантин. Остальные, как сейчас принято говорить, находились в течение двух недель на самоизоляции, причем врачи их посещали дважды в день.
Одновременно с выявлением зараженных усиленно начали производить вакцину от оспы. Для вакцинации населения Москвы и области привлекли почти 27 тысяч медицинских работников, открыли более 3 тысяч прививочных пунктов. Работали 8,5 тысячи прививочных бригад. К концу января прививки сделали более чем 5,5 миллиона москвичей и 4 миллионам жителей Подмосковья. Это была, наверное, самая масштабная операция в такие короткие сроки в истории вакцинации.
Последнего больного зарегистрировали 3 февраля. Потребовалось всего 44 дня, чтобы ликвидировать эпидемию. За это время 45 человек заболели, из них 3 умерли.
Галина Белышева