Михаил Мамаев. Один раз почти дошел до загса. Девушка ждала, а я так и не появился!

Актер одной роли. В 23 года Миша Мамаев дебютировал в кино. Зато как! В фильме 1991 года «Виват, гардемарины!». Потом снялся в двух продолжениях. И с тех пор ассоциируется только с Никитой Оленевым. Миша родился в Москве в 1966 году. Алексей Мамаев — военный в звании генерал-майора — на досуге писал статьи. Поэтому и сын с ранних лет проявлял интерес к журналистике. Еще подростком начал печататься в «Пионерской», а потом и в самой главной — «Правде». Писал в основном про школу и спорт. А в 1983 году поступил на факультет международной журналистики в МГИМО. Окончив который в 22 года устроился в самый популярный журнал времен перестройки «Огонек». Казалось, жизнь «золотого мальчика» и дальше пойдет по этой колее. Но судьбу изменило кино. — Я был выпускником МГИМО в штате «Огонька». И имел хорошие перспективы поехать работать за границу, — вспоминает Михаил Мамаев. — И все же резко сменил карьеру на актерскую, когда получил шанс поработать в картине, высокая планка которой и привела меня в актерскую профессию. В 1987 году 52-летняя Светлана Дружинина сняла фильм «Гардемарины, вперед!». Главные герои картины, сыгранные 27-летним Димой Харатьяном и 24-летним Сережей Жигуновым, сразу полюбились всей стране. Как и 26-летний Володя Шевельков. Вот только у последнего со Светланой Сергеевной, увы, не сложилось. — На съемках у нас возник личностный конфликт на уровне вкуса: ты живешь не так, делаешь не так, идешь не туда, и вообще у тебя ноги кривые и морда косая. Мы постоянно выясняли отношения, — объясняет Владимир Алексеевич. — Так что не надо меня называть «гардемарином» и Оленевым! И вообще отстаньте! Вот так. — Шевельков опаздывал или совсем не приходил на съемки. Вместо него даже снимали бригадира осветителей в одной из самых ответственных сцен — в Петергофе, — говорила Дружинина. — Презентация на телевидении тоже прошла без этого актера. И я твердо решила менять его немедля! Тут-то и подвернулся юный и симпатичный Миша Мамаев. — Со Светланой Сергеевной мы познакомились в ресторане Дома кино, — рассказывает четвертый «гардемарин». — Она увидела меня за соседним столиком и подошла. Обменялись контактами. Я думал, на этом все закончится. Но через пару месяцев меня пригласили на пробы и утвердили на роль. Съемки фильма «Виват, гардемарины!» начались в 1989 году. Конечно, мальчику-журналисту было непросто работать с такими профессионалами, как 40-летний Михаил Боярский и уж тем более 63-летний Евгений Евстигнеев. А самым сложным оказались съемки сцены в фильме «Гардемарины — III», где надо было поцеловать 18-летнюю дочь Аллы Пугачевой, которая играла будущую Екатерину II — принцессу Фике. — Кристина Орбакайте мне очень нравилась, — признается Мамаев. — Она была такая изящная! И при этом глубокий, чуть печальный, немигающий взгляд... В силу того, что я был 25-летним непрофессионалом, а приходилось играть любовь, Светлана Сергеевна постоянно накручивала: «Давай! Увлекись! Не робей! Ну что ты?» Сейчас-то понимаю почему. К таким сценам зритель особенно чуток, его не обмануть. Нужно быть предельно искренним. Нам с Кристиной было нелегко вместе — оба оказались дебютантами. Любовь — вообще штука интимная, а тут камера, съемочная группа… Но все получилось. В 1996 году 30-летний Мамаев даже решил получить актерское образование. Поступил в ГИТИС и окончил его за два года с отличием. — В какой-то момент актерская профессия меня даже спасла, — рассуждает Михаил. — Потому что всегда считал очень важным заниматься общественно полезным делом, помогать людям. Я был до мозга костей советским человеком. Например, когда занимался бизнесом, сначала было очень трудно. Потому что во времена моего детства это называлось спекуляцией. Но в 2021-м Мамаев уже хвастался: — Я хорошо зарабатываю, финансово независим. Огромную яхту не куплю, но мне и не надо. Кроме съемок у меня свой бизнес. Какой, не скажу. Есть квартира в центре Москвы хорошая, машина удобная. Во время пандемии полгода жил в Крыму. А вот с семьей не сложилось. Знаменитый «гардемарин» ни разу не был женат и не имеет детей. Но его это не беспокоит. — Один раз почти дошел до загса, — признается Михаил Мамаев. — Девушка ждала, а я так и не появился! Может, когда-то в паспорте и появится штамп о браке — не зарекаюсь. Но пока не могу назвать себя семейным человеком, домоседом. Я считаю семью своих родителей идеалом. Заводить ребенка нужно в паре, которая соответствует твоим представлениям: чтобы жена была похожа на маму, чтобы отношения были в чем-то как там, где ты вырос. Такого человека надо встретить. А где? Были даже мысли по поводу суррогатного материнства, и я на каком-то этапе занимался этим активно, но потом понял: чтобы ребенок вырос нормальным, у него должна быть мама. И папа. Зато отсутствие семьи позволило без терзаний отправиться добровольцем в Донбасс. Чего от «Никиты Оленева» никто не ожидал.