Зоя Богуславская. В животе у мамы я... провожала в последний путь Ленина!
А первая любовь девочки погибла на войне.
"Сегодня научу тебя любимому мясному блюду барина", — сказала, разделывая свиную грудинку, Глаша.
Эмма начала записывать. И тут за стеной заплакала дочка.
"Я! — улыбалась Зоя Богуславская. — Эту комнату в квартире хозяев-буржуев родители получили от советской власти. Мама потрясающе готовила. И науку стряпать постигла в этих хоромах у высококвалифицированной поварихи Глаши".
«Но папа отхлестал меня ремнем»
Революцию 18-летний Боря Богуславский и 17-летняя Эмма Розовская встретили с радостью.
"Они получили возможность поступить в любой вуз и жить где хотят, ибо черта еврейской оседлости, существовавшая 126 лет, была отменена, — объясняла писательница. — Конечно, эти свободы вызывали ликование! Мама выбрала Харьковский медицинский университет, папа — технологический институт. В этом городе познакомились и влюбились друг в друга. А во время Гражданской войны уехали в Москву на борьбу с эпидемией сыпного тифа".
В начале 1923 года молодые люди поженились. А в октябре узнали, что станут родителями.
"В животе у мамы я... провожала в последний путь Ленина! Когда вождь умер, она с громадным пузом, за три месяца до родов, поперлась в толпу, считая своим долгом почтить память гения", — хвасталась старушка.
Когда Зоя появилась на свет, папа уже работал инженером, а мама — врачом.
"В 1929-м отец стал главным конструктором НИИ станков и инструментов, — продолжала литератор. — Был отправлен учиться в Германию. Поэтому я с детства знаю немецкий язык. Мы там прожили чуть меньше четырех лет. И успели вернуться до победы Гитлера на выборах".
Борис Львович стал научным руководителем института «Станкин» и главным инженером ЦКБ — центрального конструкторского бюро — по станкостроению. Тогда и получил трешку на Арбате.
"Дома постоянно клубились папины аспиранты, — вспоминала Зоя Борисовна. — Поколения студентов «Станкина» учились по учебникам профессора Богуславского".
Эмма Иосифовна тоже много времени уделяла науке.
"Маму помню зарывшуюся в бумаги, — делилась знаменитость. — К ней тоже приходили ученики. Склоненные над столом, они вместе сидели ночами. Потом я узнала, что это были исследования, связанные с созданием детского инсулина".
А вот Зоя с пяти лет запоем читала, а с шести бегала в театры. И уже в школе начала писать тексты для драмкружка и литературных вечеров. Мама в этом поддерживала. Борис Богуславский был взрывным, но жена умела его утихомирить.
"Они вообще не ссорились, — уверяла писательница. — И меня воспитывали без криков и рукоприкладства. Но в большой строгости. Однажды я все же получила! Отец застукал, как наша гоп-компания своровала цветы с чужой дачи. Мы просто хулиганили. Но папа отхлестал меня ремнем. Так раз и навсегда дал понять: нельзя брать чужое!"
«В проститутки решила податься?!»
А в июне 1941 года началась война. Зое было 17 Маму назначили заведующей отделением эвакуационного госпиталя. С ним семья уехала в Томск. Там юная москвичка пошла на курсы медсестер.
"Днем училась в школе, вечером — на курсах, ночью работала в госпитале, — продолжала знаменитость. — Там лежали тяжелораненые. Я с ними разговаривала. Выслушивала, как погибали их товарищи. Был парень из Грузии, у которого оторвало руки и ноги. Красивое лицо! Бедняга хотел, чтобы я помогла ему уйти на тот свет. Но самое главное — чтобы жена не узнала, что живой. А ведь у них было двое детей — близнецы. Я смогла узнать адрес и написала супруге. Она приехала, целовала эти обрубки, была счастлива, что любимый жив. Подобных историй я видела немало".
Зоя была красивой, но ей никто не нравился. А первая любовь девочки погибла на войне.
"Его звали Леня, — вздыхала писательница. — С ним можно было пойти в разведку. Когда пришел прощаться, мне из-за глупой ссоры не хотелось его видеть. Леня погиб в самом начале войны, и я долго не находила себе места".
По настоянию родителей Богуславская собралась поступать в технический вуз. Но в конце мая 1942 года, гуляя по городу, увидела объявление, что Ленинградский театральный институт, который тоже был в эвакуации в Томске, набирает студентов.
"Читаю и вдруг слышу сзади голос: «Девушка, что вы раздумываете? Они всех принимают сейчас! Идите! Вас точно возьмут!» — усмехалась легенда. — Это был довольно известный актер Георгий Новицкий. Он принялся ухлестывать..."
И Зоя сдала экзамены в театральный. И поступила! О, какой был скандал!
"Отец пришел в ярость: «В проститутки решила податься?!» — не скрывала литератор. — Полгода я обедала отдельно. Папа не желал со мной общаться".
Но однажды Борис Львович пришел домой...
"Извинился и давай хвастаться: «Ко мне на заводе подошел человек и спросил, не моя ли дочка написала статью в газете «Советское искусство»? Это оказалась ты!» — улыбалась Богуславская. — Первая моя рецензия на спектакль и помирила нас с папой. Ведь тогда напечататься в газете было очень почетно и престижно".