Никита Пресняков разбазаривает имущество бабушки: вот куда тратит

Никита Пресняков сегодня живет как типичный герой светской хроники: красивые слова о «самостоятельном творческом пути» соседствуют с очень приземлённой реальностью — заложенной квартирой, падающими ценами на дачу и вечным учетом бабушкиного ресурса.

И все это уже выглядит не драмой, а затянувшейся подростковой историей, где главному герою давно за тридцать.

Бабушкины подарки как финансовый фундамент

Когда-то Алла Пугачева щедро заложила внучку финансовую подушку: элитная квартира на Лубянке, подаренная Никите на свадьбу, и загородная дача на Истре должны были стать серьезным стартовым капиталом, а не кассой экспресс-расходов.

Квартира в Варсонофьевском переулке, купленная Максимом Галкиным* для Примадонны и позже переписанная на Никиту, по оценкам риелторов тянет примерно на 200 миллионов рублей — это не просто жилье, а актив, который можно было беречь и приумножать.

Вместо этого через год после свадьбы под залог этого элитного объекта оформляется кредит, и квартира фактически превращается в банкомат, обеспечивающий «красивую жизнь» за океаном, пишет КП.

Сейчас на недвижимости висит обременение: из-за проблем с выплатами жилье находится в залоге, и свободно распоряжаться им уже нельзя. Романтическая картинка о «силе искусства» в США резко тускнеет, когда выясняется, что грань между свободным художником и взрослым человеком, живущим за счет семейных активов, давно стерлась.

Вместо самостоятельности — привычка компенсировать свои творческие амбиции чужими квадратными метрами.

Американская мечта на русских метрах

В Соединенных Штатах Никита выстраивает образ независимого рок-музыканта: Лос-Анджелес, выступления в клубах под псевдонимом Nick Pres, режиссура клипов и рекламных роликов. На словах — «самостоятельная творческая единица», на деле — музыкант, чья американская реальность держится на заложенной московской недвижимости.

При этом он не устает жаловаться, что в России его видят лишь как «внука Пугачевой», а за границей он будто бы наконец-то избавился от этой тени. Странное освобождение: фамилия и капиталы семьи по-прежнему работают на его образ жизни, просто на другом континенте.

Развод с женой-моделью Аленой Красновой лишь подсветил: стиль жизни пары был куда богаче, чем реальные доходы Никиты. Алена вернулась к родителям в Москву, а Никита остался в США, продолжая цепляться за придуманный образ «американского артиста», чья сцена — клубы, а финансовый фундамент — банковский залог бабушкиной квартиры.

Когда взрослую жизнь путают с вечной тусовкой

После свадьбы у Никиты начался очевидный финансовый перекос: запросы семьи, привычка к дорогой жизни и нежелание снижать уровень комфорта привели к тому, что кредитные средства под залог квартиры просто растворились в текущих расходах.

Говорить здесь о «трудном периоде молодого музыканта» уже не получается — человек, который годами живет, опираясь не на заработанное, а на подаренное, делает осознанный выбор. В какой-то момент он даже предпринимает попытку продать дачу Пугачевой на Истре, тоже когда-то подаренную ему, — не как актив для перезапуска жизни, а как очередной источник наличных.

И этот сценарий повторяется: сначала — залог квартиры, затем постоянные попытки реализовать загородный дом, который уже второй год не может найти покупателя, несмотря на снижение цены. Вместо того чтобы ужаться в расходах, взять на себя взрослую ответственность и подстроить образ жизни под реальные доходы, выбирается путь «разобрать по частям» семейный капитал.

Это не похоже на вынужденную борьбу за выживание, это скорее нежелание смириться с тем, что по средствам — не Лос-Анджелес с шиком, а более скромная, но честная жизнь.

Семейный ресурс не бесконечен

Дополнительную иронию ситуации придает тот факт, что и сама «золотая» семья уже давно живет не в прежнем изобилии. У Аллы Пугачевой нет стабильной работы, значительные суммы потрачены на недвижимость за рубежом, и ее возможности быть семейным спонсором существенно сузились.

Кристина Орбакайте, попавшая в репутационный удар вслед за Максимом Галкиным*, лишилась плотного гастрольного графика и теперь держится на редких выступлениях, которых едва хватает на собственную семью.

То есть даже если бы Никита очень хотел продолжать жить по старой схеме «приду — попрошу — дадут», объективно семейный ресурс уже не тот. И на этом фоне особенно странно звучат разговоры о том, что возвращаться в Россию он не спешит, потому что «там его не понимают».

На родине его, как минимум, знают, а значит, есть платформа для заработка и возможность честно, пусть и скромно, содержать себя самому, а не разбирать по кирпичику наследство бабушки.

Время перестать жить в кредит чужой биографии

История с заложенной квартирой и подешевевшей дачей — не про невезение, а про выбор. В тридцать с лишним лет продолжать кутить за счет семьи, объясняя это поиском себя и творческой свободой, — уже не романтика, а инфантильность, помноженная на дорогой вкус.

Да, можно бесконечно рассказывать о том, как сложно пробиться на чужом рынке, но для взрослого мужчины очевидный выход — не заложить очередной актив, а сократить аппетиты и научиться жить на то, что действительно зарабатывается.

*Внесен Минюстом РФ в реестр физлиц, выполняющих функции иностранного агента