Ларисе Долиной подсказали последний шанс вернуть квартиру
Певица, конечно, может им воспользоваться, но за результат никто не ручается.
Ларисе Долиной вроде бы оставили «дверцу приоткрытой», но на деле это больше похоже на форточку в герметично закрытой комнате. Формально у певицы действительно есть последний шанс попытаться вернуть спорную квартиру, но сама юридическая реальность звучит куда менее оптимистично, чем заголовки.
Что за «последний шанс»
После решения Верховного суда, который оставил квартиру в Хамовниках за покупательницей Полиной Лурье, казалось, что точка поставлена окончательно. Но адвокат Владислав Кочерин пояснил: у Ларисы Долиной всё же остаётся один — сугубо теоретический — путь. Она может обратиться с личным обращением к Председателю Верховного суда РФ Вячеславу Краснову.
Суть этого шага в том, что глава суда имеет право усомниться в обоснованности уже вынесенного решения и инициировать подачу так называемой надзорной жалобы.
Это высший уровень пересмотра: не просто апелляция или кассация, а почти экстраординарная мера, когда система сама проверяет себя ещё раз. Звучит громко, но в российской практике такие случаи происходят крайне редко.
«Я сомневаюсь, что такое решение может быть принято в данном случае. Мне кажется, что все-таки Верховный Суд тщательно обдумал это дело и, скорее всего, решение взвешенное. Слишком много внимания было этому делу, чтобы выносить решение наобум», — добавил адвокат в беседе с «Москва 24».
Для Председателя ВС вмешаться и фактически поставить под сомнение работу коллег — это не рядовой шаг, а серьёзное заявление, и делается он только при очевидных грубых ошибках или новых, принципиально важных обстоятельствах.
Адвокат подчёркивает, что над делом Долиной судьи работали тщательно, под пристальным вниманием прессы и общества. Именно поэтому надежды на то, что кто-то внезапно признает решение поспешным и начнёт всё заново, выглядят скорее эмоциональным утешением, чем реалистичным планом. Одно дело — гипотетическая возможность, другое — реальная судебная практика, где такие развороты случаются нечасто.
Иллюзия выхода vs. правовая реальность
Интересно, что сам термин «последний шанс» звучит очень по-журналистски — драматично, многозначительно, почти кинематографично. На деле же речь идёт о бюрократической процедуре, где эмоции не играют никакой роли.
Даже если Лариса Долина напишет обращение Председателю Верховного суда, это ещё не означает, что документ вообще дойдёт до стадии надзорного производства.
Система правосудия не любит признавать собственные ошибки, тем более в громких медиаделах. А здесь уже был и общественный резонанс, и публичное освещение, и уверенность экспертов, что суд всё взвесил.
Поэтому шанс Долиной — это не дверь, которую ей открыли, а скорее юридическая щель, через которую теоретически можно попытаться просочиться, но нужно очень мощное основание, чтобы этим шансом реально воспользоваться.
Что это значит для самой Долиной
Для Ларисы Долиной эта ситуация — проверка на умение принять проигрыш, когда все процессуальные возможности почти исчерпаны. Можно ещё раз постучаться в высший кабинет и попробовать сыграть в последний раунд, но нужно отдавать себе отчёт: эмоциональное ощущение несправедливости и юридическая перспектива — две разные плоскости.
Даже если певица воспользуется подсказкой адвоката и напишет обращение, это больше жест принципиальности, чем реальная стратегия выигрыша. Судебная машина уже прошла по этому делу полный круг, и разворачивать её назад ради одной, пусть и звёздной, фамилии она явно не спешит.