Кожевникова рассказала о диагнозе сына: не «плохое поведение», а иначе устроенный мозг

Мария Кожевникова редко говорит о личном просто так. Но история её старшего сына Вани — это не светская новость, а попытка поддержать других мам, которые проходят через то же самое. Актриса открыто рассказала о диагнозе первенца — синдроме дефицита внимания и гиперактивности — и о том, как долго она сама не понимала, что происходит с ребёнком.

«Мне казалось, он просто не старается»

Ваня — первый ребёнок Кожевниковой, и, как признаётся актриса, материнство было для неё в новинку. То, что сын не может усидеть на месте, постоянно отвлекается и хватается за всё сразу, она поначалу списывала на характер.

«То ручка упадёт, то попить надо, то в туалет. Когда ест, часто пачкается. Мне казалось, что он просто неусидчивый, не старается как следует», — вспоминает она.

Потребовалось время и помощь специалистов, чтобы понять: это не лень и не капризы.

Что такое СДВГ на самом деле

Синдром дефицита внимания и гиперактивности — это не «воспитательная проблема», а особенность работы мозга. По данным медицинского справочника MSD, СДВГ начинается в детстве, часто к четырём годам, и проявляется трудностями с концентрацией, чрезмерной активностью и импульсивностью. Врачи подчёркивают: кричать на такого ребёнка и наказывать его бесполезно, потому что дело не в непослушании, а в том, как устроена его нервная система.

Кожевникова нашла очень точную метафору, которую часто приводят врачи: «Мозг у таких детей как реактивная ракета, а тормоз — как у машины "Лада"». Скорость мысли, реакции и желания действовать огромная, а способность вовремя остановиться и удержать фокус — минимальная.

Сильная сторона, о которой забывают

При этом СДВГ не имеет отношения к интеллекту. Более того, такие дети часто превосходят сверстников в отдельных областях.

«Мой Ваня обладает фантастической памятью, он три раза может прочесть сложное стихотворение — и уже наизусть его знает, помнит даже спустя несколько лет», — рассказывает актриса.

Это тот самый случай, когда «неудобный» для школы ребёнок обладает способностями, которые эта же школа не всегда умеет разглядеть.

Как она нашла подход

Кожевникова перестала требовать от сына того, что ему физически недоступно. Если Ване проще заниматься стоя или лёжа — никто ему не мешает. Главное, чтобы он мог сосредоточиться и справиться с задачей. Она также отметила, что у сына есть проблема с ощущением времени: он не чувствует, прошло пятнадцать минут или час. Поэтому его нужно вовремя усадить за уроки, а не ждать, что он сам организует процесс.

«Дети с СДВГ другие, надо самой себе сказать: это не нейротипичный ребёнок, у него нелинейное мышление. Когда ты это поймёшь, всё встанет на свои места», — говорит она.

В этих словах, пожалуй, главный урок для любого родителя, столкнувшегося с похожим диагнозом: не ломать ребёнка под стандарт, а искать путь, по которому он сможет идти сам.

Кожевникова говорит об этом не ради жалости или хайпа. Она говорит, потому что знает: где-то сейчас другая мама смотрит на своего «неусидчивого» сына и не понимает, что с ним происходит. И, возможно, её откровенность поможет кому-то не потратить годы на упрёки, а сразу пойти к специалисту.