Как выглядит квартира Никаса Сафронова за 7 млрд рублей: редкие книги, антиквариат и живопись

Московская квартира художника Никаса Сафронова — это не просто жильё, а трёхэтажный пентхаус в Брюсовом переулке, который сам он называет «интерьером-фантазией» и который эксперты оценивают примерно в 7 миллиардов рублей вместе с антиквариатом.

Расположенная в доме 1928 года постройки по проекту архитектора Алексея Щусева, эта квартира занимает около 1000—1200 квадратных метров и насчитывает 17 комнат, а с учётом подсобных помещений — до 47. Из окон открывается вид на Кремль и исторический центр Москвы, что само по себе делает объект исключительным.

Сам Сафронов рассказывает, что приобрёл три этажа в начале 2000-х примерно за 20 миллионов долларов, ещё 6,5 миллиона ушло на перепланировку и отделку, а около 1,5 миллиона — на мебель. Общие вложения он оценивает примерно в 28 миллионов долларов. Интерьеры создавались более десяти лет: художник постепенно собирал мебель, книги, живопись и предметы церковного искусства на европейских аукционах и у частных коллекционеров.

Каждый этаж оформлен в своей стилистике. Нижний уровень выдержан в готическом стиле: массивное резное дерево, камень, старинные витражи, гербы — пространство напоминает одновременно европейский замок, монастырскую библиотеку и театральную декорацию. Следующий этаж сочетает французскую и итальянскую мебель, а верхний, где расположена мастерская, включает элементы лофта и хайтека. В квартире есть зимний сад с фонтаном, танцпол и зал с мраморным камином, который, по словам Сафронова, принадлежал королю Франциску I.

Главная гордость хозяина — предметы, которые, по его утверждению, связаны с историческими персонажами. В одной из спален стоит кровать, которую Сафронов называет подлинным гарнитуром Марии-Антуанетты, купленным на аукционе; по оценке эксперта по историческому декору Регины Ван Влит, стоимость спального гарнитура составляет от 47 до 188 миллионов рублей.

На столе, который, по словам художника, принадлежал Наполеону Бонапарту, стоят шахматы — подарок певца Вилли Токарева, изготовленные, по словам Сафронова, заключённым. Есть также кресло XVI века, которое, как утверждает художник, принадлежало ватиканскому кардиналу. Документальных подтверждений происхождения этих вещей в публикациях не приводится, и эксперт отмечает, что окончательная цена зависит от подтверждения подлинности.

Среди других ценностей — живопись XV—XVII веков, старинные книги, европейская резная мебель, французские и голландские изразцы XVII века, а также яйцо, которое, по словам Сафронова, расписал Марк Шагал: художник случайно разбил его, но восстановил у реставратора, и позже экспертиза оценила работу в 350 тысяч евро. Полы в квартире выложены плиткой XVII века из Амстердама, которая, по словам Сафронова, обошлась ему в 5 миллионов рублей.

Сафронов неоднократно заявлял, что не собирается продавать пентхаус, а хочет завещать его Москве, чтобы после его смерти здесь открыли музей. По его словам, сыновья не против и считают, что творческим наследием должны пользоваться люди. Для сохранения коллекции он рассматривает создание специального фонда, который контролировал бы её сохранность.

Эта квартира — пожалуй, редкий случай, когда жильё сложно отделить от личности владельца. Здесь готика соседствует с современным искусством, исторические реликвии — с личными историями, а стоимость недвижимости меркнет на фоне коллекции, подлинность которой ещё предстоит подтвердить. И если планы Сафронова осуществятся, москвичи смогут увидеть всё это не в светской хронике, а в музее.