«Было стыдно»: какие фамилии люди спешили сменить после 1917 года
Причины переименоваться были разные: от политических до чисто человеческих.
«Прошу переменить мою фамилию, так как на зырянском языке она звучит неприлично». Такое заявление в 1918 году подал в уездный исполком крестьянин Егор Ситкарев. И он был не один.
После революции по всей стране тысячи людей меняли свои родовые имена — одни из страха, другие из желания примазаться к новой власти, третьи — потому что вдруг осознали: их фамилия звучит... стыдно.
Какие фамилии оказались под запретом, а какие стали «модными»?
Дворянские фамилии: слишком жирно
Самый очевидный кандидат на смену — «князья», «графы» и прочие «бароны». Носить фамилию, напоминающую о происхождении из «бывших людей», в Советской России было не просто опасно — смертельно.
По данным историков, гонениям подвергались даже самые обнищавшие к моменту революции дворяне или те, кто искренне поддержал новую власть. Вина у всех была одна — социальное происхождение. Их держали в заложниках на случай показательных казней, не давали работы и жилья, арестовывали и отправляли в ссылки по несколько раз.
Менять фамилию было вопросом выживания. Так бывшие Голицыны, Шереметевы и другие представители родовой аристократии превращались в Ивановых, Петровых и Сидоровых — теряя не только титулы, но и саму память о корнях.
Иностранные и «еврейские» фамилии: карьерный риск
Для многих смена фамилии была не страхом, а прагматичным расчётом.
В советской действительности фамилия с явным еврейским звучанием могла закрыть дорогу в карьере, учёбе и даже в партию. Поэтому тысячи людей — интеллигенция, партийные работники, военные — предпочитали сменить «нежелательные» фамилии на нейтральные, русские. Известны случаи, когда советские солдаты и офицеры с еврейскими фамилиями брали фамилии жён.
Интересно, что этим грешили даже крупные партийные деятели. Декрет о праве на смену фамилий от 1918 года подписал председатель СНК Владимир Ульянов (Ленин) — сам человек с двойной фамилией.
Фамилии, которые «неблагозвучны» (читай: стыдные)
Самый трогательный пласт смены фамилий связан не с политикой, а с обычной человеческой неловкостью.
Архивы сохранили множество заявлений от крестьян, которые просили заменить их родовые имена. Крестьянин из Коми края Егор Ситкарев писал, что его фамилия «на зырянском языке звучит неприлично», и просил переменить её на Степанов. Другой крестьянин, Фёдор Ракин, считал, что его фамилия «при некоторых выражениях по-зырянски носит почти оскорбительное звучание», и выбрал фамилию Липин.
Люди меняли фамилии, созвучные с ругательствами, медицинскими или уголовными терминами. Крестьянин Игнат Попов стал Лучинским, Алексей Изъюров — Чумбаровым-Лучинским. Местный народ вдохновлялся образами большевистских агитаторов, копируя их звучные двойные фамилии.
Но самой популярной фамилией, которую выбирали вместо «неблагозвучной», оказался Дубровский. В честь пушкинского героя — разбойника с душой поэта, который грабил богатых и помогал бедным — «Дубровскими» записались десятки крестьян, мещан и даже будущих генералов.
Фамилии вождей: чтобы спасти имущество
Были и те, кто «прогибался» перед властью вполне осознанно, чтобы выжить.
Самый яркий пример — история крестьянина Василия Романова из села Романово. Он был зажиточным и опасался раскулачивания. И тогда пожилой сельчанин решил… сменить фамилию на Ленин. Написал в Москву, получил разрешение (лично от вождя!) и стал Лениным. Двухэтажный дом ему, конечно, не помогли сохранить, но несколько поколений его потомков до сих пор носят фамилию вождя мирового пролетариата.
Что в итоге?
1918 год, принятие Декрета о свободе перемены фамилий, стал точкой невозврата. Родовое имя перестало быть вечным. Кто-то менял фамилию, чтобы спасти шкуру, кто-то — чтобы сделать карьеру. Одни стыдились, что их предки были князьями, другие — что их фамилия звучит «как ругательство».
Желание угодить власти или страх перед ней, а иногда и простая уверенность, что новое имя — это вход в новую жизнь без «тёмного прошлого», сделали эту практику массовой. И хотя фамилии в паспортах сменились давно, память о тех событиях до сих пор живёт в семейных архивах. Возможно, даже в вашей собственной фамилии.