Уезжала к хорошей жизни, но не случилось: Рената Литвинова замерзает в парижской квартире

Рената Литвинова, которая уже несколько лет живёт во Франции, пожаловалась на трудности парижского быта: в её квартире нет отопления. Об этом 59-летняя актриса рассказала Ивану Урганту во время его парижского концерта в рамках тура «Живой Ургант».

«У меня гигантская квартира, уже очень долго не отапливаемая. Потому что не топят, экономят», — призналась Литвинова. Справляться с холодом приходится обогревателями: «Самые эффективные — маленькие, ветряные, которые сжирают кислород».

Ирония в том, что «гигантская квартира» — это двухуровневые апартаменты площадью около 100 квадратных метров неподалёку от Триумфальной арки, приобретённые ещё в 2015 году. То есть речь не о стеснённых условиях, а о коммунальной особенности: отопление во французских домах часто регулируется домовым товариществом, и экономия на нём — реальная практика, особенно в старых зданиях.

Литвинова, впрочем, не жалуется на судьбу — она сохраняет свою фирменную манерность и иронию. В начале встречи заметила, что поправила бы Урганту галстук, а на его шутку «не выгляжу ли я так, словно меня собираются хоронить?» ответила: «Кстати, мне нравятся мужчины, одетые как в гроб».

Однако за этим анекдотичным обменом репликами стоит более серьёзный сюжет. Литвинова уехала из России в 2022 году и с тех пор живёт между Парижем и другими европейскими городами, ставит спектакли, появляется на показах и встречается с поклонниками. В конце 2025-го она признавалась, что скучает по России, хотя давно представляла своё будущее именно во французской столице: «Боже, я всегда говорила, что у меня будет шампанское на столе, что буду таскаться в старости по кафе, делать укладки, носить красивые вещи».

Теперь к этому списку добавились ветряные обогреватели и газовая плита — не совсем то, что рисовалось в мечтах, но и не трагедия.

Показательна и реакция аудитории. Под новостью собрались комментарии в диапазоне от «мёрзнет, но зато в Париже — это ли не счастье?» до «может, квартиру поменьше?»

Это отношение хорошо описывает нынешний расклад: публика не столько сочувствует, сколько наблюдает за тем, как человек, уехавший «к хорошей жизни», обнаруживает, что хорошая жизнь состоит не только из кафе и модных показов, но и из неотапливаемых квартир, штрафов за кормление голубей и бытовых мелочей, о которых не предупреждают в глянцевых интервью.

Так что «замерзает в парижской квартире» — это не метафора краха, а скорее бытовая деталь, которая делает образ более человечным. Литвинова не просит жалости и не собирается возвращаться. Она просто рассказывает, как есть: с иронией, обогревателем и надеждой, что рано или поздно отопление включат.