Место под рекламу

Почему в СССР красили стены наполовину: логика, которую сейчас уже потеряли

Стена

Выглядит казенно и устарело.

В Советском Союзе было много визуальных кодов, понятных каждому: очереди, граненые стаканы, ковры на стенах и, конечно, стены, разделенные на два цвета ровно посередине.

Темно-зеленый или синий низ, белый верх — эта комбинация преследовала человека везде: в собственной квартире, в школьном коридоре, в больнице и в подъезде.

Долгое время это считалось признаком унылой казенщины и тотального дефицита. Но если присмотреться, за этим стояла не только бедность, а целая философия выживания, инженерная мысль и... немножко военных тайников.

Дорогое удовольствие: почему белую стену не красили целиком

Главная причина, по которой штукатурку не покрывали краской полностью, крылась в банальной экономии.

Масляная краска в СССР была ресурсом ценным и недешевым. Использовать её на всю стену считалось непозволительной роскошью, особенно в местах массового скопления людей — школах, детсадах, заводских коридорах.

Поэтому поступили рационально: там, где до стены дотягиваются руки, плечи, сумки и ноги, наносили прочную масляную броню.

А всё, что выше уровня человеческого роста, просто белили известью или покрывали дешевой клеевой краской. Побелка стоила копейки, обновлять её можно было хоть каждый год, да и белый цвет визуально расширял пространство.

Кстати, о цвете. Если вы думаете, что зелёный и синий выбрали из любви к эстетике, то ошибаетесь. Темные пигменты были самыми концентрированными и дешёвыми, а главное — их было физически много.

Существует устойчивая легенда, что после Великой Отечественной войны на складах остались огромные запасы зеленой краски, предназначенной для камуфляжа военной техники и окраски железнодорожных вагонов.

Чтобы добро не пропадало, её пустили на «нужды народного хозяйства». Синяя краска тоже была в избытке — ею красили кабины грузовиков ЗИЛ и ГАЗ на автозаводах.

Борьба за чистоту и здравый смысл

Нижняя часть стены в подъезде или коридоре — зона риска. На неё летят брызги от мытья полов, её касаются грязными руками, об неё трутся сумками и обувью.

Масляная краска, в отличие от рыхлой побеленной поверхности, выдерживала частое мытье, её можно было тереть щеткой и даже обрабатывать агрессивной химией (в больницах, например, хлоркой).

На темном фоне грязь и мелкие повреждения были попросту незаметны. Это позволяло реже делать косметический ремонт. Светлый верх, до которого никто не дотрагивался, оставался чистым дольше.

Свет и пространство: неожиданный дизайн

При всей утилитарности, у этого приема была и эстетическая миссия. В длинных и узких коридорах «хрущевок» и «сталинок», куда солнечный свет попадал редко, белый потолок и светлый верх стен работали как рефлекторы.

Они максимально отражали скудный свет от лампочек, делая помещение светлее.

Психологи советской школы считали, что сочетание тяжелого, темного низа (символ земли) и легкого, светлого верха (символ неба) создает у человека ощущение стабильности и спокойствия.

Горизонтальная линия визуально «приземляла» слишком высокие потолки и разбивала монотонность, делая бесконечный коридор менее похожим на туннель.

Кстати, высота окраса тоже была не случайной. Граница проходила примерно на уровне плеч взрослого человека — около 90—120 сантиметров от пола. Это была та самая зона активного контакта, которая нуждалась в защите.

Эхо прошлого в современном интерьере

Сегодня дизайнеры называют этот прием «колор-блок» и возвращают его в интерьеры, но уже на совершенно иных условиях.

Сложные, благородные оттенки — терракот, приглушенный графит, пыльная роза или глубокий синий — занимают нижнюю часть стен в прихожих и детских, создавая ощущение уюта и защищенности.

Изменились материалы, исчез дефицит, но логика осталась той же: низ должен быть прочным, немарким и визуально устойчивым.

Так что, заходя в старый подъезд с его сине-зеленой стеной, разделенной ровно пополам, не спешите морщиться.

Перед вами не просто результат экономии, а памятник инженерной мысли и смекалке своего времени, который, как ни странно, оказался вне времени.