«У нее климакс 200 лет»: как Милляр из-за роли Бабы-Яги спалил «пятую точку»

Георгий Милляр вынырнул из проруби и, фыркая пятачком, потребовал:

— Рюмку тройного одеколона!

Ассистенты, смеясь, вытащили актера из ледяной воды, укутали в тулуп и сунули требуемое под резиновый нос:

— Ну вы даете, Георгий Францевич! Настоящий морж!

Милляр, опрокинул рюмашку, крякнул и гордо изрек:

— Неверно! Не морж! Я — заслуженная нечистая сила СССР!

Так актер величал себя с начала 50-х.

«И я спалил в клочья всю жопу!»

Весной 1938 года Юру, как его звали окружающие, пригласил в фильм-сказку «По щучьему веленью» 32-летний Александр Роу на роль злого и глупого царя Гороха. На съемки 34-летний Милляр явился... со сбритыми бровями и лысой головой, «чтобы легче было наносить любой грим». И с рисунками, каким видит образ «венценосного дуралея».

С тех пор два гения не расставались. Во всех сказках Александра Артуровича Георгий Францевич играл нечисть. Баба-Яга была любимицей актера. Но из-за нее у бедняги пострадали… попа и лицо. Сия старушенция стала второй ролью Милляра у Роу — в сказке «Василиса Прекрасная». А вообще он сыграл Бабу-Ягу девять раз!

— Она претерпевала изменения, — делился секретом 89-летний народный артист РСФСР. — Если в «Василисе» этакая городская фифа, приехавшая на дачу, с повязочкой на голове, то в «Морозко» уже постарела: одряхлела, ослабла, радикулит замучил. Но все равно кокетка! Прототипов было два. Страшная старуха гречанка из Ялты и моя вздорная соседка по коммуналке.

Кстати, в «Василисе» Ягу хотела сыграть 59-летняя Фаина Раневская. Но Георгий Милляр сказал:

— Это не женская роль! Какая актриса позволит сделать из себя чудище? А я все стерплю.

Шпарил на иностранных: откуда у всесоюзной Бабы-яги Милляра были такие таланты

Снимали сказку в жуткую жару. Металлическая труба, по которой 35-летний Милляр 20 раз съезжал в печку и вылетал из нее, раскалилась.

— И я спалил в клочья всю жопу! — жаловался артист.

Два дня пришлось лежать в больнице.

— Что касается «Морозко», то там бабка хоть кряхтит и стонет, но еще дает фору, лихо управляясь с метлой, — продолжал знаменитость.

— Уникальный артист, — хвалил Милляра 67-летний Роу. — Никогда не жаловался! В «Морозко» снимался в 30-градусный мороз жалких лохмотьях, но, казалось, холод Юре нипочем. Да еще лицо сожгли перекисью водорода, напутав с пропорциями.

Однако был случай, когда Милляр от Бабы-Яги отказался. В 1972-м, когда Александр Артурович решил снять сказку «Золотые рога». Актер уперся, мол, не знаю уже, как ведьму подать. Режиссер топал ногами: «Гад! Я тебя породил — я тебя и убью!»

А 68-летний Милляр дребезжал:

— Не могу больше изобретать! Надоела она мне.

И тут гример Анатолий Иванов предложил:

— Ты играй эту заразу так, будто у нее... 200 лет климакс!

Георгий Францевич расхохотался и согласился.

Требовал лишь… тройной одеколон

Кащея Бессмертного в одноименной сказке актер тоже не хотел играть. Мол, чересчур сложно. А потом явился на съемочную площадку с рисунками, обритой головой и без бровей. И Роу выдохнул: надумал!

Снимали в 1944 году в эвакуации, в Душанбе. Грим не понадобился: и без того субтильный Милляр перенес малярию и очень похудел.

— Весил 45 кило с ботинками, — вспоминал Георгий Францевич. — Живой скелет! Вид у меня был отвратительный, страшный. Даже лошадь не подпускала меня близко! Шарахалась. Приходилось ей завязывать глаза. Но как только развязывали, она снова сбрасывала меня.

Образ этот я по большей части «списал» с третьего всадника картины Василия Васнецова «Воины Апокалипсиса». Зрители моего Кащея ассоциировали с Гитлером. Зато в картине «Огонь, вода и… медные трубы» мой бессмертный старикашка уже вызывает сочувствие: бедный неудачливый жених! Но симпатяжка, согласны?

Юркого черта из фильма «Вечера на хуторе близ Диканьки» 57-летний мэтр «срисовал» с икон — ходил по церквям и смотрел. А потом придумал своего «лукавого, каверзного, но наивного до дури» героя. Снимали весной 1961 года на Кольском полуострове.

Холод стоял ужасный! 57-летнему Милляру сшили толстый меховой костюм. Но актер отказался, так как «шуба» стесняла движения. И потребовал обшить облегающий тонюсенький комбинезон пучками собачьей шерсти и волосами из конских хвостов. В нем снимался. И в прорубь полез настоящую, хотя Роу и предлагал снять сцену в павильоне.

— Нет, недостоверно будет, — отрезал Милляр. — Ничего! Искупаюсь.

Это делать пришлось... шесть раз!

«На небе летал» тоже сам, поскольку каскадер заболел. А в качестве компенсации за «все страдания» требовал лишь... тройной одеколон. Очень уважал его внутрь, «ибо продирает до печенок». Съемочная группа души не чаяла в звезде. Еще за байки и анекдоты.

— Я старик Похабыч, — шутил Георгий Францевич. — Доктор сквернословия противоестественных наук!

При этом крестился, когда выходил черта играть. Набожный был. А когда кто-то решил над этим посмеялся, выдал:

— Очеловеченные черти лучше, чем очертенелые люди!

Всю свою жизнь Милляр называл себя «заслуженной нечистой силой СССР» и «народной Бабой-Ягой». Даже когда решил жениться второй раз, невесте сказал:

— Я не мужчина, а Баба-Яга! Но с яйцами!

Но это уже совсем другая история.