В Плющенко всадили пять уколов

«Перед квалификацией в Плющенко всадили пять уколов. Перед произвольной программой он почувствовал, что может прыгать четверные», — откровенно рассказал о своём ученике Алексей Мишин. О тяжёлой травме и блестящей победе Евгения Плющенко, прорыве и перспективах Артура Гачинского тренер рассказал в эксклюзивном интервью газете ВЗГЛЯД, сообщает портал Спорт@mail.ru.

На чемпионате Европы в Шеффилде олимпийский чемпион Турина-2006 Евгений Плющенко выступал с серьёзными травмами колена и шеи, однако сумел превзойти всех оппонентов в произвольной программе и добиться триумфа. Теперь его ждёт плановая операция, которая не позволит ему выступить на чемпионате мира. Другой ученик Алексея Мишина — Артур Гачинский — стал победителем короткой программы, но не сумел удержать лидерство, уступив его более титулованному партнёру по команде.

Алексей Мишин: Превзошли, не превзошли... Я хочу привести вам один случай из истории фигурного катания, когда Москвина и Мишин на чемпионате СССР в 1969 году выиграли у Белоусовой и Протопопова. А считалось вообще неприличным их обыгрывать — они же гении. И вот мы собрались на пресс-конференции: все молчали, было неудобно даже какие-то вопросы задавать — произошла такая неприятность. И меня спросили: «Ну что ты думаешь по этому поводу?» Я ответил, что победили, но не превзошли.

Если же говорить о выступлении Гачинского и Плющенко, то, конечно, и победили, и превзошли.

А. М.: Это неточная информация — никакой тренировки он не пропускал. Тренировка или не тренировка — это определяется планом подготовки. Он ничего не пропускал, всё было так задумано.

А.М.: После квалификационного раунда на тренировке он получил травму шеи — верхней части спины. Его столько кололи... Нет, даже перед квалификацией он получил травму — на второй день в Шеффилде. За вечер и за утро в него всадили пять уколов: противовоспалительного и обезболивающего. После квалификации был два дня перерыв до короткой программы. После неё был ещё день перерыва до произвольной. То есть за это время лекарства начали действовать, и болевой синдром прошёл. Перед произвольной программой, накануне вечером, он почувствовал, что может прыгать четверной — и стал его исполнять.

Говорить о каком-то коварном тренерском плане или задаче обмануть соперников не стоит. Просто он почувствовал себя лучше, боль спала, и он стал прыгать.

А.М.: Бывали такие случаи. Например, Сергей Волков — наш первый советский чемпион мира в одиночном катании — в 1975 году в городе Колорадо-Спрингс получил жесточайшую травму колена. Его унесли со льда на носилках. В течение пяти-шести дней он успел восстановиться и сумел стать чемпионом мира.

А.М.: Этого не произошло. Мыслей таких вообще не было, потому что я реально знаю его возможности.

А.М.: Прогнозы медиков нам окончательно неизвестны. Его ждёт плановая операция, надеюсь, этот план будет полностью выполняться. И в данной ситуации ничего конкретного я сказать не могу.

А.М.: Неожиданным (улыбается)? Я ведь знаю его возможности: в принципе, он выполняет несколько четверных прыжков. То, что он сделал два четверных в произвольной программе, меня обрадовало, но не поразило. Говорить о том, что люди выходят и прыгают на 8,90, никогда не прыгав до этого, нельзя. У него был запланированный прокат: что-то удалось, что-то не удалось. Он слишком устал к концу произвольной программы из-за того, что много моральных сил потратил на четверные прыжки. Он слегка смазал впечатление от своего выступления. Но чуда там никакого не было.

А.М.: Конечно, лучше выступать мощным тандемом, когда один подстраховывает другого. Я рад вашей формулировке вопроса, потому что многие журналисты ищут какие-то перец, лук или чеснок, какую-то каверзу, пытаясь разжечь психоз вокруг соперничества. Их совместные тренировки исключительно насыщены, каждый бросает вызов другому. И это помогает им двигаться вперёд. На этой дружеской, позитивной ноте я бы хотел, чтобы акцентировали своё внимание журналисты.

А.М.: Это будет сделать трудно. Каковы шансы — ответим после самого чемпионата.

А.М.: Думаю, да. Пока рано говорить об этом.

А.М.: Он был в прекрасном состоянии: в нашей группе строгое соблюдение режима. При чём не только у спортсменов, но и у всего персонала. Так что тут ничего интересного и вызывающего для журналистов нет. Что касается его травмы колена, то после выступления ничего не произошло: ни негативного, ни позитивного.