Галкин. Медовый месяц сорвался из-за болезни Аллы и смерти моей тети...

— Мы с Аллой решили провести медовый месяц в горах. Я заказал самый дорогой — президентский — номер в самом дорогом отеле Швейцарии на альпийском курорте Гштаад. Гулять так гулять. Но Алла простыла и не захотела никуда лететь. Поэтому наш медовый месяц откладывается... Однако отказаться от уже оплаченного номера я не смог. По условиям бронирования деньги за него не возвращаются, потому что в Альпах сейчас — высокий сезон, все приезжают на лыжах кататься. Несмотря на это, я один тоже никуда лететь не захотел. Но Алла все-таки настояла, чтобы я поехал, отдохнул и покатался. Она же попросила моего концертного директора Элю и ее мужа Гену поехать со мной, чтобы я не скучал один в горах. Вот мы втроем в этот Гштаад и собирались. Но... 5 января у меня умерла тетя, родная сестра моей мамы...

«Жизнь невеселая, а тут вы достаете меня дурью!»

— Да... У нее тоже онкология была, но немножко другая... Так что, как вы понимаете, жизнь невеселая, а тут еще звонки от журналистов с расспросами о свадьбе. Мне же было совсем не до интервью. И тут какая-то дура пишет, что я в Куршевеле. Это полный непрофессионализм. Ковыряется человек в носу, сидит и придумывает. Мы полетели не в Куршевель, а в Днепропетровск! Позавчера туда привезли тетю из Израиля, она очень тяжело болела... Вчера были похороны... Эля мне тут тоже помогала все организовывать и поддержать родственников. Она — не только директор. Она мне помогает в жизни — и в радости, и в горе... И вот только сегодня, после похорон, мы прилетели в Швейцарии. Алла сейчас сидит в замке и желает мне хорошего отдыха. Она собирается сюда приехать, как только у нее пройдет насморк. Я ее здесь жду. Вчера ведь были похороны, умер очень мне близкий человек. Тетя была так похожа на мою маму! Я и в Израиль к ней летал месяц назад... Тяжело она болела очень... Теперь я разрешил себе немного отдохнуть. А тут вы меня достаете всякой дурью!

— Абсолютной причем дурью! Понимаете? Я с Сережей Дроботенко разговаривал. У него до 9 января были концерты. Сейчас, я не знаю, может, он и поедет куда-то со своей девушкой и друзьями. Он на море хотел. Но это у него надо спросить.

— Еще раз говорю. Мы расписались 23 декабря 2011 года в Кутузовском загсе Москвы. Если сильно достанут, сфотографируете свидетельство о браке. Ну вы же — нормальный в отличии от других? Производите впечатление нормального. Вы меня спрашивали до свадьбы сто раз: «Была свадьба?» Я отвечал: «Не было». Когда мы свадьбу решили сыграть, я вам сказал: «Да, будет».

— Ну, вот и все! Если мы расписались шесть лет назад, то зачем нам это надо было скрывать? Есть, конечно, личности в нашей стране, которые играют свадьбу и при этом не регистрируются. Но в нашем случае это было бы как-то совсем глупо... Уже не знают, что придумать! Ну как можно вообще от балды писать? Ну как? Ну, я не могу! Когда ты все время находишься в состоянии ответа на какую-ту ахинею — ну это нормально?

— Ну, придумаем. Медовый месяц — это что, самое важное в жизни? Мы уже 10 лет живем вместе! Куда только не ездили! Медовый месяц — это надо тем, кто поженился месяца через два после знакомства!..

«Надеюсь, этот брак будет для Аллы... очарованием»

— Нет. А разве надо? Мы как-нибудь разберемся и так!

— Ну, когда два родных человека так долго живут вместе, они все обсуждают, у них никаких секретов друг от друга нет. Так что, естественно, мы говорили и о свадьбе. И вам в свое время говорили, что, может быть, поженимся, а, может быть, и не надо. Мы обсуждали. Алла говорила: «Ну сколько у меня этих штампов уже в паспорте!» Однако все зависит все-таки от мужчины. Он делает предложение. Ну и, естественно, я об этом заговорил. Где-то, наверное, в декабре...

— Ну, я не помню... Ну, согласилась... (Смеется.) Смешно — я не договорил даже, а вы: «Она сразу согласилась?»

— Нет, она не терзалась три дня и три ночи. И, наверное, в чем-то после прошлых браков разочаровалась... Будем надеяться, что этот брак будет... очарованием!

— Да. Просто на ней их не было. У Аллы уши не проколоты, и серьги переделывали в клипсы.

— «Картье». Брильянты и королевские сапфиры в платине.

— Наручные коллекционные часы фирмы «Патек Филипп». Одну из последних моделей. Говорят, часы дарить — примета плохая, поэтому взяла с меня символическую денюжку.

— Нет, не надумал.

— Я думаю, Алла стала немного более счастливой после свадьбы. А я счастлив, когда она счастлива. То есть я тоже чуть более счастливым стал. Вот это и изменилось!